Период 1917 — 1938 гг.
Послереволюционный период характеризуется появлением большого количества учебников и кратких словарей эсперанто для ускоренного изучения этого языка.
Наиболее полными словарями этого периода являются словари А.А. Сахарова, Е.Ф. Спиридовича, В.Г. Суткового, И. Изгура и В. Колчинского. Они издаются Союзом эсперантистов советских республик (СЭСР, создан в 1921 г.), вся лексикографическая деятельность планируется и направляется Словарной секцией Лингвистической комиссии при ЦК СЭСР.
Отличительной чертой этих словарей стало значительное пополнение словника общественно-политической лексикой и терминологией, лексикой, обозначающей явления советской действительности, а также технической терминологией. В конце многих словарей помещаются списки названий профсоюзов и других организаций того времени.
Правда, это не относится к словарям А.А. Сахарова. Составленные еще в дореволюционный период, они не были радикально пересмотрены, хотя неоднократно исправлялись и дополнялись автором. “Полный эсперанто-русский словарь” и “Русско-эсперантский словарь” издавались в книге А.А. Сахарова “Весь язык эсперанто”, состоящей из пяти частей (словари, грамматика, упражнения), которые многократно выходили или все вместе под одной обложкой, или по отдельности. Первое издание книги “Весь язык эсперанто” вышло в 1916 году. В 1918 г. она была перепечатана без изменений. Исправленные и дополненные издания (3-е и 4-е) появились в 1927 году и 5-е издание – в 1928 г. Несмотря на изменения и дополнения, по принципам составления эти словари относятся скорее ко второму периоду, хотя хронологически их переиздания появились во время третьего периода.
Словарь И. Изгура и В. Колчинского (издание ЦК СЭСР, Москва, 1931) содержит 27 850 слов и до настоящего времени остается наиболее полным русско-эсперантским словарем. Состав его словника очень своеобразен. С одной стороны, при его составлении, по всей вероятности, использовались энциклопедические словари и словари иностранных слов, что сказалось на большом количестве в нем интернационализмов. Такие слова заимствуются в эсперанто согласно 15-му правилу фундаментальной грамматики, т.е. непосредственно.
С другой стороны, в словник вошли разговорно-просторечные слова и выражения типа “ахинея”, “аховый”, “бяка”, “нелегкая”, “псина”, “хвост” (в значении “очередь”) и т.п.
Словарь содержит много названий реалий (аул, балалайка, паранджа и т.п.). В основной словник вошли также имена собственные (географические названия, мифологические, исторические и личные имена, названия организаций). В связи с этим интересно появление приложения к словарю: “Список новых профсоюзов”, составленное, вероятно, уже после набора основного текста и призванное подчеркнуть стремление авторов к общественно-политической актуальности словаря.
Достаточно обширно в словаре представлена терминология различных отраслей знания. Особое внимание уделяется общественно-политической и общественно-научной лексике и терминологии, большей частью отражающей общественно-политическую жизнь и идеологию нашей страны того времени, а также производственной лексике и терминологии. В качестве эквивалентов здесь используются как интернационализмы, так и производные слова, построенные из собственно эсперантских элементов. Выделяются также технические значения общеупотребительных слов, многочисленна военная лексика. Подробно интерпретируются многозначные русские слова, в том числе и образные значения русских слов. В словник включены также русские синонимы, которые переводятся на эсперанто эквивалентами, передающими оттенки значения.
Интересна данная авторами интерпретация русских сложносокращенных слов – общественно-политических неологизмов. В предисловии Лингвистической комиссии к словарю указывается на появление в эсперанто слов, созданных “телеграфным” способом: komjunulo – комсомолец, labkoro – рабкор, esperkoro – эсперкор (эсперантский корреспондент). Действительно, такие слова, возникшие под влиянием русского языка, употреблялись в практике языкового общения эсперантистами 20-х – 30-х годов. Однако такой способ противоречит принципам словообразования и грамматики эсперанто, поэтому вскоре сложносокращенные слова исчезли из обихода. В словарь Изгура и Колчинского сложносокращенные слова включаются достаточно осторожно. Например, из группы русских сложносокращенных слов с начальным элементом раб- (рабочий) из слов рабис, рабкооп, рабкор, рабкория, рабкрин, рабпрос, рабселькор, рабселькория, рабфак, рабфаковец, только слово “рабкор” имеет в качестве одного из эквивалентов, наряду с полным словосочетанием, сложносокращенное слово labkoro. Все остальные слова переводятся на эсперанто словосочетаниями, расшифровывающими значения русских сложносокращенных слов.
Представляют интерес теоретические взгляды Лингвистической комиссии СЭСР на лексикографию эсперанто, изложенные в предисловии к словарю. В картотечной работе, по мнению комиссии, необходимо параллельное составление карточек для слов национального языка и слов эсперанто, а не непосредственный перевод слов национального языка на эсперанто. Источником эсперантских слов могут служить оригинальные и переводные произведения на эсперанто. Использование выверенных на практике средств языка, в том числе и неологизмов, позволяет избежать длиннот и искуственностей в эсперантской части национально-эсперантских словарей, освобождает язык от балласта. Обращается внимание на значение грамматических и лексикологических исследований для практики составления словарей. Отмечается необходимость широкого представления в словарях фразеологии, отбора и использования эсперантизмов – специфических эсперантских слов и оборотов. Большое значение придается унификации орфографии собственных имен, и, в первую очередь, географических названий.
Объем работы Словарной секции Лингвистической комиссии СЭСР был весьма обширен: работа над эсперанто-русскими и русско-эсперантскими словарями разных типов, над эсперанто-национальными и национально-эсперантскими словарями для других языков Советского Союза, участие в работе над терминологическими словарями, проводятся лексикологические исследования. Перерабатываются словари Суткового и Спиридовича. Готовится к печати Большой эсперанто-русский словарь на 30 000 слов. Составляется картотека для Всеобщего эсперанто-русского и Всеобщего русско-эсперантского словарей на 100 тыс. слов. Эти словари должны были охватить всю терминологическую лексику, как можно более полно включать русскую фразеологию. Предполагалось, что картотека будет общей для обоих словарей. Эта работа должна была объединить все более мелкие работы по составлению специальных эсперанто-русских и русско-эсперантских словарей.
Составление картотеки должно было производиться по единому плану группой составителей, работы разбивались на отдельные циклы (русская фразеология, общественно-научная терминология, физика-химия, электротехника и др.). В первом номере журнала “Международный язык” за 1927 год сообщалось, что уже создана картотека, насчитывающая 80 тысяч карточек.
Замыслы издания этих словарей, к сожалению, не были осуществлены. Репрессии сталинского режима уничтожили движение эсперантистов в нашей стране и многих его активистов. Всякая эсперанто-деятельность в СССР прекратилась на два десятилетия. В. Сутковой, И. Изгур и В. Колчинский были арестованы и расстреляны в 1937 году. Е. Спиридович был арестован и Харькове в 1937 году, его дальнейшая судьба неизвестна.
